Субъективно о главном

Россия: кого напугает политика дубины?
12.03.2018 00:51

Россия: кого напугает политика дубины?

В последние недели со страниц западной прессы не сходят два дела, касающиеся России – отравление бывшего разведчика Сергея Скрипаля и его дочери Юлии в Великобритании и тюремное заключение историка и исследователя ГУЛАГа Юрия Дмитриева, срок которого истек около месяца назад. Конечно, это не случайность. Оба дела весьма показательны, говорят о коренных изменениях во внешней и внутренней политике руководства России и потому их следует проанализировать особо.

Отравление Сергея Скрипаля, если согласиться с предварительной версией британских спецслужб о причастности к нему специально обученных российских убийц, с первого взгляда не вызывает никаких вопросов. Главное разведывательное управление российской армии (ГРУ) расправилось с предателем, много лет передававшим ее секреты врагу (в данном случае британской контрразведке МI-6). Способ, конечно, выбран не самый простой. Не имитация убийства при ограблении, не автомобильная авария, а отравление, причем очень сложным веществом, которое трудно изготовить и которое никак не могло попасть в руки бытовому отравителю. То есть, налицо показательное убийство. Примерно такое же, как убийство другого сотрудника спецслужб, которого в России называли предателем – Александра Литвиненко.

Но есть разница. Литвиненко продолжал активную борьбу с российским руководством. Он искал компромат на российские спецслужбы и был, так сказать, действующим врагом. Причем, весьма активно. Сергей Скрипаль против России сегодня не действовал. Как утверждают британские СМИ он время от времени консультировал британских разведчиков. Но не обладая никакой секретной информацией, Сергей Скрипаль мог консультировать только в общем плане. Согласно негласным правилам всех разведок мира, произошедший обмен полностью выводит обмененного разведчика из игры. На него перестают охотиться бывшие коллеги, его выдачи перестают требовать власти бывшей родины. Обмен – гарантия спокойной жизни на пенсии. В противном случае, теряется сам смысл обмена. Зачем на него идти, если все равно убьют? До обмена, согласно все тому же негласному кодексу разведок мира, все средства борьбы с предателем хороши. После обмена – табу. И это табу нарушили российские спецслужбы. Еще одним нарушенным табу стало отравление вместе со Скрипалем его дочери. Никогда разведки мира, расправляясь с предателями, не переносили свои гнев и досаду на членов семьи. Не убивали родителей, жен или мужей, не говоря уже о детях.

О чем могут говорить два нарушенных табу? О том, что Россия изменяет правила игры, выходит из всех негласных соглашений и идет ва-банк, показывая, что больше никому не намерена ничего прощать? Всем гражданам России, работающим на западные разведки отправлен недвусмысленный сигнал – никакое соглашение не спасет их и не даст возможность безмятежно доживать свой век, получая пенсию за предательство. А заодно отправлен сигнал и бизнесменам, политическим деятелям, оказавшимся на Западе и пытающимся формировать антипутинскую оппозицию – вы все под «российским колпаком».

Историк Юрий Дмитриев вообще не был оппозиционером, не выступал против российских властей, не передавал секретных сведений врагу. Он исследовал историю ГУЛАГа и разбирался в преступлениях НКВД. Будучи руководителем карельского отделения общества «Мемориал», он искал кладбища трудовых лагерей, находил места массовых расстрелов, устанавливал конкретных виновников совершенных преступлений. Его арестовали, обвинив в производстве и распространении детской порнографии. Обвинение основывалось на анонимном заявлении и фотографиях его приемной дочери. Суд был скорым и неправым. Однако, нашлись люди, организовавшие в Интернете массовое движение в поддержку историка. Суду были представлены отзывы 11 независимых экспертов, подтверждающие, что обвинения являются безосновательными. Однако вместо того, чтобы отпустить Дмитриева на свободу, суд направил его на обследование в Институт психиатрии имени Сербского. Стало совершенно ясным стремление судей отправить Дмитриева либо за решетку, либо в психиатрическую клинику для принудительного лечения.

За что? Ведь историк критиковал даже не сегодняшнюю ФСБ и не ее предшественника КГБ, а сталинский НКВД. Но, как выяснилось, чекистская солидарность со временем не ржавеет и никаких посягательств на «своих» нынешние чекисты не допустят. «Чистые руки, горячее сердце, холодная голова». Только так! А кто думает иначе – либо преступник, либо сумасшедший. И это тоже сигнал. Внутренним оппозиционерам. Критиковать можно (временно и не каждого), посягать на основы (одной из которых являются спецслужбы) запрещено.

Эти два сигнала, посланные руководством России вполне соответствуют третьему, озвученному недавно лично президентом Путиным. Я имею в виду его демонстрацию коллекции нового ядерного супероружия, которым он пытается запугать весь мир. Своими сигналами президент России словно говорит всему миру: «Россия сильна, Россия не признает ваших правил игры, Россия без жалости расправится с каждым, кто перейдет на вашу сторону и справиться с такой Россией вам будет затруднительно, если вообще под силу. Если вспыхнет новая холодная война, она будет идти по другим правилам, которые вам очень не понравятся. И надежды на победу у вас не будет. И потому, давайте говорить!».

Но станет ли Запад говорить в ситуации, когда разговор с ним пытаются вести с позиции силы?

Давид Кон

Фотоиллюстрация depositphotos.com

Мнения авторов могут не совпадать с мнением редакции.